Олег Ермолаев: «Я не тот художественный руководитель, который отстраненно сидит в кабинете»

Поговорили с худруком лесосибирского театра «Поиск» о современной драматургии, новогодней премьере и проблемах «маленького театра».

 

 

 

 

 

 

1 /

Еще одна премьера, о которой хотелось поговорить, это черная комедия с длинным названием «13 первых правил баскетбола (сформулированные Джеймсом Нейсмитом)». Чем спектакль был уникален?

Я не театральный критик, чтобы сказать вам, что это что-то из ряда вон, но эта премьера выделяется на общем фоне спектаклей театра, безусловно. Несмотря на то, что я не участвовал в нем как артист, мне этот спектакль дорог тем, что как худрук смог доверить постановку новым артистам.

У нас сейчас небольшая команда, но она очень разнообразная и интересная. Когда приходят новые артисты, мне хочется, чтобы они вливались, творчески росли и выходили на первые роли. Для меня как руководителя в данном случае эта позиция вышла на первый план. В этом спектакле как раз поработали молодые актрисы, которые всего второй-третий год в нашем театре.

Говорить, насколько это будет зрительский спектакль или нет, сложно. Пока зрителями он принимается неплохо. За премьерный блок отыгрыша спектакля залы были фактически полные. Какая дальше у него будет судьба — посмотрим. Цель, которую я лично преследовал, реализовалась: ребята сработались, на мой взгляд, очень хорошо, и мне это нравится. Они попробовали сделать шаг в сторону партнерских отношений, именно как артистов на сцене, и это им удалось.

Расскажите о ваших артистах, какой сейчас состав, откуда ребята?

Всего у нас одиннадцать актерских ставок, но сейчас в театре девять ведущих артистов, которые могут принимать участие в спектаклях. Очень надеемся, что в ближайшее время наша труппа пополнится еще одним молодым актером.

География разнообразная. Актеры моего возраста — из Лесосибирска. Еще в студенчестве мы пришли в театр через студию Юрия Лобанова. В свое время была такая практика. Он приглашал студентов, занимался с ними, а потом кого-то приглашал в труппу. Сейчас, так как у театра нет своего режиссера, такая практика для нас невозможна. Мы стараемся самостоятельно искать и приглашать артистов, но это дается с большим трудом. Однако, в прошлом сезоне к нам в коллектив пришли две девочки, и на мой взгляд замечательные. Даша Бакшеева приехала из Благовещенска, а Саша Божнева пришла к нам из театра-студии «Грань» в Новокуйбышевске Самарской области.



Сейчас вы готовите спектакль «Путешествие "Голубой Стрелы"», в чем магия новогодних представлений?

Как ни странно прозвучит из моих уст, но это тоже своего рода эксперимент. У нас есть традиция, которой больше 25-ти лет — ставить новогоднее представление в канун Нового Года. И мы всегда стараемся, чтобы это была новая сказка и полноценный спектакль. Обычно мы всегда справлялись своими силами, но в этом году впервые на новогоднюю постановку мы пригласили режиссера — Алексея Шавлова, который предложил для постановки непростой материал.

«Путешествие "Голубой Стрелы"» — это довольно известное произведение Джанни Родари, и на мой взгляд остросоциальное. Родари писал хоть и детские произведения, но в них описывал проблемы Италии того времени. В «Путешествии "Голубой Стрелы"» очень много мотивов, как и в «Чиполлино», например. Хоть мы и ставим сказку, мы хотим сохранить напряженность и драматические моменты. Например, когда игрушки отправляются на поиски одного мальчика, они понимают, что их так много и они могут доставить радость и счастье многим детям, которые не имеют возможности получить подарок под Новый год. Эти моменты очень трогательные, мы конечно хотим их сохранить и донести до детей через сказку некую мысль.

 

 

 

 

1 /

Насколько сложно продвигать современные спектакли в Лесосибирске?

Я бы не сказал, что сложно. Мне кажется, наша публика была готова и приучена к нетривиальному репертуару еще при Юрии Лобанове.

Мы проводили небольшие исследования для себя — наша целевая аудитория сегодня — это люди 30-40 лет. Пока то, что мы делаем, они воспринимают адекватно.

Конечно, есть и слишком экспериментальные вещи, как например спектакль-чат «Лесосибирск — лойс». Когда у зрителя возникает вопрос: а где театр-то? Но зрители включались, находили героев, понимали, что это происходит здесь и сейчас. Своего рода это был интерактив. Да, зрители не двигали сюжетную линию, но участвовали в различной степени — считывали по буквам эмоции, понимали оценки, распознавали язык эмодзи. Мы понимаем, что этот спектакль слишком экспериментальный, и у него будет недолгая жизнь, но опыт интересный.

А как поживает ваш самый известный спектакль «Мертвые души», собравший столько наград?

Сегодня «Мертвые души» остаются хитом. Это классическое произведение было поставлено настолько необычно, что мы были удивлены, что его восприняли на «Ура». Последняя из наград — премия проекта «Сноб».

С «Мертвыми душами» мы побывали во многих городах. Это наш спектакль-рекордсмен по разнообразию тех мест, куда он выезжал: Псков, Великие Луки, Красноярск, Новосибирск, Новороссийск, Омск, Тюмень, Санкт-Петербург, Москва и Мытищи. Сейчас снова зовут в Красноярск и спрашивают, когда мы приедем. Отвечаем — как только, так сразу. Но вообще, у нас есть договоренность с Театром юного зрителя. В следующем году мы также поедем и в Беларусь на фестиваль «М.аrt.контакт» в Могилёв, а также планируем принять участие в гастрольных проектах «Золотой маски».

Какие проблемы у «маленького театра» сегодня, если так можно назвать театр «Поиск»?

Ну если мы берем буквальный смысл слова, мы, конечно, маленький театр. Наверно, основные проблемы возникают тогда, когда «маленький театр» выходит за границы своих возможностей и хочет стать не совсем маленьким, а добиваться чего-то большего, как сейчас с нами и происходит. Я говорю только о материально-технических условиях, ни в коем случае не о творческом потенциале!  Сейчас то количество спектаклей, которое мы делаем и то количество спектаклей, которые мы хотим сохранить, превышает наши возможности.

Театр не может хранить реквизит и декорации. Мы связаны по рукам и ногам, и нам приходится ютиться на площади меньше чем 300 квадратных метров.
Я знаю, что есть театры еще меньше. Я был в питерском театре «За Черной речкой» и удивился, что бывают театры меньше нашего! Но это Петербург, у них все равно другие условия существования. Если брать наш регион, то, наверно, мы сейчас меньше даже чем Мотыгинский театр.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1 /

К сожалению, сейчас нет решения этой проблемы. Силами только муниципалитета сложно думать даже о появлении пристройки, не говоря уже о строительстве нового здания. Здесь без помощи министерства культуры Красноярского края никак не обойтись. Понятно, что перед тем как обращаться с предложением в министерство, нужен проект, а это тоже достаточно большие деньги. В итоге желание есть, понимание есть, но как это все реализовать — остается пока большим вопросом.

Другая проблема — это кадры. Она актуальна не только для театра, но и для культуры города в целом. Уже два года мы ищем в труппу молодого артиста, а сейчас и режиссера, но большого желания у молодых специалистов ехать к нам, к сожалению, нет даже у выпускников краевых учебных заведений. Наверно сказывается географическая удаленность, и пока наши достижения и победы не могут перевесить чашу весов, на которой находится удаленность от больших городов.

Думаю, если бы в готовящемся Законе о культуре были предусмотрены меры поддержки молодых специалистов, которые готовы поехать на работу в малые города, это хоть как-то изменило бы ситуацию.

Фото: Руслан Максимов/Культура24