Елена и Александр Красновы: «Мир без художников — это казарма»

Елена Краснова — один из самых известных красноярских керамистов, профессор кафедры керамики Института искусств. Александр Краснов — автор собственного творческого направления, создаёт уникальные живописные произведения на футуристические и космические темы. В интервью Елены Коноваловой семейная пара рассуждает о предназначении художника и его взаимоотношениях с обществом.

Гость. Александр Краснов 

 

Елена Краснова. Работы с выставки в галерее «Байкал-КераМистика» 

 

Две тыквы. Александр Краснов 

 

Курильщик. Александр Краснов 

 

Трудяга. Александр Краснов 

 

Чужой. Александр Краснов 

 

Явление цвета. Александр Краснов 

 

1 /

Елена: Для художника вообще естественно пробовать себя в разных техниках. В училище я окончила живописно-педагогическое отделение. А после рождения дочери ушла в декретный отпуск, и у меня было три года на раздумья, чем заняться дальше. Лепить любила с детства: моя мама работала в детском саду воспитателем, лепила на занятиях с ребятишками и меня приобщила. Это было чудо — видеть, как из куска серой глины возникает птичка или зверушка. А когда мне в училище дали стипендию от Министерства культуры РФ, педагоги предложили сделать первую персональную выставку. Всё лето к ней готовилась, представила там живопись, графику и керамические игрушки. В 90-е годы керамика помогала нашей семье выжить: я сдавала сувениры в салон «Диана», это приносило небольшой, но стабильный доход.

Но поначалу плохо представляла, что такое керамика — я же прежде только игрушками занималась. И лишь в институте обнаружила, что придётся изучать технологию, конструирование, различные техники лепки и декорирования и много других дисциплин, помимо творческих. После института меня взяли в Академию художеств в творческую мастерскую скульптуры. Мне всегда было интересно работать в разных жанрах и техниках.

Александр: Хотя скульпторов почему-то не везде считают художниками.

Елена: Саша просто вспомнил один анекдотический случай. Дело в том, что художники имеют право бесплатного доступа во все музеи, во всяком случае, государственные. Но когда я предъявила в Исаакиевском соборе своё удостоверение скульптора-стажёра Российской академии художеств, мне в кассе категорично заявили: «Вы же не художник, а скульптор!» И администратор сказал то же самое и наотрез отказался впускать, представляешь? И это Петербург, культурная столица! Пришлось покупать билеты.

Непонимание художника обществом, наверное, вообще стало привычным явлением?

Александр: Во всяком случае, искусством сейчас мало кто способен заработать. В советское время была понятная перспектива: ты получал образование, начинал выставляться, вступал в Союз художников, постепенно приобретал известность, Художественный фонд заказывал тебе работы для музеев и платил очень высокие по тем временам деньги. Плюс государство давало жильё, личную мастерскую — твори в своё удовольствие. Конечно, были и авангардисты — кто-то умирал в нищете, кто-то пробивался на Запад. Но существовала государственная система, профессия художника в стране была востребована. В 90-е годы всё рухнуло. Мои произведения есть в частных коллекциях, был удачный опыт сотрудничества с галерей «Год живописи», где купили четыре моих работы. Эта галерея больше двух лет работала в микрорайоне «Удачном», сейчас ищет новое помещение. А красноярским музеям моё творчество неинтересно, пока лишь музейный центр «Площадь Мира» купил одну керамическую тарелку.

Елена: У меня Музей имени Сурикова приобрел в общей сложности пять керамических работ. Конечно, во многом это связано с тем, что у музеев сейчас, к сожалению, почти не осталось фондов на приобретение произведений искусства. Но вообще я считаю, что творчество Александра Краснова по-настоящему будет признано лишь следующими поколениями, нашим современникам непонятно его искусство.

В чём, по вашему мнению, причина такого непризнания?

Александр: Людям кажется, что я выдумываю сюжеты своих произведений, и мало кто соглашается, что это не бред и не фантазии, я ничего не сочиняю. Идеи сами приходят — из Космоса, из эфира. Каждый человек может их уловить, физиология же у всех одинаковая. Но, видимо, не все могут открыть в себе этот канал связи с другими мирами. Я убеждён, что они существуют, что необычные персонажи моих работ — они оттуда. Ещё в студенческие годы начал творить в этом направлении. Вот только определение ему никак не могу подобрать. Одно время называл космическим реализмом, но это не совсем точно. Однозначно, что в моих работах есть что-то футуристическое.

Идея ланшафтной скульптуры. Парад кувшинов. Александр Краснов 

 

Идея ланшафтной скульптуры. Фонтан. Александр Краснов 

 

Идея ланшафтной скульптуры. Сибирская ёлка. Александр Краснов 

 

Макет арт-объекта «Хранитель». Работа студенток кафедры керамики Института искусств Анны Михайловой и Алисии Метляевой 

 

Макет арт-объекта «Хранитель» ночью. Работа студенток кафедры керамики Института искусств Анны Михайловой и Алисии Метляевой 

 

1 /

Елена: Когда Саня вступал в 2000 году в Союз художников РФ, восемь человек в Москве были за, семь против — представляешь, насколько неоднозначно даже профессионалы воспринимают его творчество? А когда он хотел к своему 55-летию показать выставку в Музее имени Сурикова, ему отказали. Нет пророка в своём Отечестве.

Мне кажется, многие сейчас вообще не понимают, зачем нужны художники, спрос преимущественно на дизайнеров, разве не так?

Александр: Сегодня очевидно, во что превращается мир без художников. Люди не замечают разницы между дешёвым постером и авторским произведением. Хотя именно художники — армия для сдерживания пошлости и невежества, они облагораживают пространство. А китч и отсутствие вкуса порождают в обществе негатив.

Елена: Мир без художников — это казарма. Мне лично не хотелось бы жить в таком тусклом мире. Художник — генератор и транслятор идей, врачеватель душ, законодатель мод. Современные дизайнеры черпают свои идеи в произведениях искусства, не наоборот. Мне странно слышать заявления невежд, что в нашей профессии нет ничего сложного, мол, каждый так сможет. Далеко не каждый! Недавно на выставке «Сибирский иронический концептуализм» в музее «Площадь Мира» можно было увидеть, как наш коллега ёмко пошутил на эту тему — его работа называлась «Ты так не сможешь». Видимо, уже нет иного пути, чем самим объяснять людям, зачем нужны художники, нести идею в массы. Скорее всего, это будет тема следующего международного симпозиума в Красноярском институте искусств, хотим также приурочить его к 95-летию со дня рождения Андрея Геннадиевича Поздеева.

Из-за невостребованности и невысоких заработков престиж профессии падает, поэтому молодые люди с каждым годом приходят учиться всё реже, им нужно думать, на что содержать семью. Да и общий набор снижается, и, как следствие, упала конкурсная планка. Ещё лет двадцать назад на вступительных экзаменах в институт нужно было нарисовать обнажённую натуру. Откуда после школы такой опыт? Люди шли в училище и лишь потом могли поступить в вуз. Но желающих заниматься искусством становилось всё меньше, и требования постепенно снижались. От обнажёнки — к одетой фигуре, потом к полуфигуре, потом был портрет, гипсовая голова, а сейчас остался натюрморт. И так по всей стране! К тому же, после училища многие едут поступать в Москву и Петербург в надежде, что там проще пробиться.

В Красноярске в отличие от этих городов ещё особенно остро стоит проблема с институтом арт-кураторства, продвижением художников здесь особо никто не занимается. Хотя, казалось бы, что мешает взять под крыло какого-то мастера, раскрутить его и на нём зарабатывать?

Александр: Все хотят быстрого результата, а это работа на перспективу. Представляешь, сколько нужно времени и усилий, чтобы художник стал модным, и люди ломились бы на его выставки? К сожалению, пиар зачастую воздействует сильнее, чем талант, при ловком подходе можно раскрутить и бездарность.

Елена: Меня тоже удивляет такая инертность. Где молодые искусствоведы, которых не первый год выпускают наши вузы? Почему они не хотят становиться кураторами и организаторами ярких выставок? Помню, как четыре года назад нам с Еленой Лихацкой предложили сделать выставку в Кемеровском областном музее. Специалист музея Марина Юрьевна Чертогова сама на нас вышла — она мониторит художественные события, следит за активностью художников, её заинтересовали наши произведения. Так вот, они не только оплатили доставку работ и издание каталога, но и придумали концепцию выставки, она называлась «Сибирское созвездие». А когда мы приехали в Кемерово, экспозиция уже была смонтирована и на открытии ждала публика — такой праздник люди нам устроили! Вот это и есть работа куратора. А дома всё приходится делать самим, что отнимает массу времени, которое можно было бы потратить на творчество. Конечно, высший пилотаж, когда художник ещё и сам себе куратор и галерист. Но на такое способны немногие, совместить это очень трудно. Если, наконец, откликнется профессионал, готовый взяться за наше продвижение, я буду очень рада.

И всё-таки: как при отсутствии грамотного арт-менеджмента расширить круг людей, интересующихся искусством и желающих не только ходить на выставки, но и приобретать произведения современных авторов?

Елена: Мне кажется, пора выходить из выставочных залов и нести искусство в ландшафт. Если в городе находят деньги на убогие бетонные шишки, почему бы не украсить его по-настоящему достойными творениями? Несколько лет назад красноярские керамисты делали выставку «ЗОО в парке», керамические скульптуры животных были установлены на центральной аллее Парка имени Горького. Нас вдохновили на это петербуржцы, у них уже не первый год на Елагином острове проводится летом выставка стекла и керамики. Пожалуйста, вот готовый проект — где кураторы, желающие его подхватить?

Команда выставки «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Александра и Елены Красновых 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

Выставка «ЗОО в парке» (2018). Фото из архивов Елены Красновой 

 

1 /

Александр: Я давно вынашиваю идею Центра неземной реальности — пространства, при попадании в которое у посетителей возникала бы полная иллюзия, что они уже не на Земле, а в каких-то иных измерениях. Комплекс подобный Диснейленду, но только на космическую тему, где выставочные залы с работами разных художников на соответствующие сюжеты сопровождались бы новейшими технологиями. Чтобы зрители могли не только полюбоваться на визуальные красоты, но и попасть внутрь каких-то экзотических ландшафтов, как в фильме «Аватар», полетать в невесомости, очутиться внутри звездолёта, представить себя в образе космического пилота. Даже странно, что в мире до сих пор не создали ничего подобного. Конечно, на это нужны колоссальные деньги, и рассуждать о таком во время кризиса, вызванного коронавирусом, преждевременно. Но когда такой Центр всё-таки построят, расходы на него с лихвой окупятся — туда потянутся туристы со всего мира. Хотелось бы, конечно, чтобы идея реализовалась именно в Сибири. Но в нашей стране воплотить такой проект вряд ли возможно.

Елена: А пока студентки нашей кафедры Анна Михайлова и Алисия Метляева стали лауреатами муниципального конкурса «Искра»: в 2020 году их работа «Хранитель» будет установлена в открытом пространстве Красноярска. Это большая скульптура оленя-хранителя по мотивам петроглифов сибирской наскальной живописи, Кроме своей функции декоративной ландшафтной скульптуры, возможно, она будет использоваться как светильник. Мы надеемся установить этот арт-объект в сквере около Качи, неподалеку от Института искусств — здесь скульптура будет отлично видна с разных точек. Надеюсь, муниципалитет учтёт мнение художников.

Скажите честно: вам когда-нибудь хотелось уехать из Сибири?

Александр: Мне всё равно, где жить, лишь бы быть нужным. В Красноярске мои работы уже не покупают, и мысли о побеге время от времени посещают, чего уж тут скрывать. Но в то же время думаю: а здесь кто будет культурный слой наращивать?

Елена: Нам с Сашей есть где работать — министерство культуры края через Союз художников предоставило нам творческие мастерские. И преподавание в институте подпитывает, иначе вряд ли было бы за что держаться. Руководство вуза поддерживает кафедру керамики. Недавно обзавелись специальным кожухом для обжига огненной скульптуры — это вертикальная печь для обжига керамики в открытом пространстве. При температуре в тысячу градусов кожух открывают, и перед зрителями предстаёт завораживающее зрелище — пылающая скульптура. Это очень эффектно, особенно в вечернее время суток. В сентябре надеемся показать уникальное шоу красноярцам, когда будем обжигать оленя.


Елена Краснова на открытии персональной выставки в галерее «Айн Арта». Фото: Владимир Медведев

Конечно, хотелось бы пригодиться дома, а не искать счастья на стороне. В Красноярске немало творческих сил, мы были бы рады украсить место, где живём. Идей множество — ландшафтная скульптура, фасадные росписи на зданиях, мозаика, профессиональное граффити. У меня давняя мечта сделать аллею искусств вдоль Качи. Память Дмитрия Хворостовского в городе увековечили, но в крае были и другие талантливые люди. Можно начать с малого — оформить небольшой оазис, где всё будет решено в комплексе. Начнём с установки «Хранителя». А там, глядишь, и другие возможности откроются.

Фото на главной: Анна Рыжова